Ветераны боёв под МОСКВОЙ-
Энергичные люди! Бойцы!
Среди них есть такой боевой,
Что как будто он только с войны.
За бумажкой не лезет в карман,
Помнит тяжесть военных дорог,
Кто танкист и кто был партизан,
Кто в плену, и кто вырваться смог.

Как с боями пришлось отступать
С одного рубежа на другой,
Вновь траншеи, окопы копать
И готовиться в яростный бой.
В штыковую атаку идти,
Иль со смесью горючей на танк,
Иль стрелять по фашистской цепи,
Иль на транспорт со связкой гранат.

Горько было в боях отступать,
Но всех горше кого-то терять.
Хоронить и салют отдавать,
Или друга в санбат отправлять.
Оставлять то село, то совхоз,
То значительный город с рекой,
Снова торф разгребать, как навоз,
И готовить рубеж боевой.

С той поры много лет уж прошло,
Но по-разному можно считать.
Одному жизнь даётся легко,
А другому терпеть да страдать.
Ведь у каждого в жизни судьба:
Есть удачи и горечь в делах,
Есть любовь, и мечты, и борьба,
Есть и муки в горючих слезах.

Ветераны боёв под Москвой
Помнят все измененья тогда.
Трудно было на фронте порой,
Потому память помнит всегда.
Потому и рассказ фронтовой
Дышит жизнью и смертью солдат.
Тех, кто знает удар боевой,
Тех, кто знает «НИ ШАГУ НАЗАД!»

МЫ НЕ ОТДАЛИ МОСКВЫ.

Мы по КРАСНОЙ печатали шаг
В ноябре, в сорок первом году,
Когда с Запада шёл на нас враг,
Направляя удар на МОСКВУ.
Мы с парада шли в огненный бой,
Устремив для удара броню.
Был тогда нам приказ боевой
Бить нещадно фашистов в бою.

Враг стремился к захвату МОСКВЫ,
Чтоб столицу с землёю сравнять.
Мы сражались с врагом, как могли,
Чтобы сердце страны отстоять.
Мы учились бесстрашью отцов,
Побеждать, в штыковую войдя.
Был приказ и был подвиг бойцов:
«Бить врага, не жалея себя!»

В наших душах кипело и жгло
Ненавистное чувство к врагу.
В наших мыслях одно лишь жило:
«Бить врага! Бить на каждом шагу!»
«Нам здесь насмерть по праву стоять, —
Заклинал себя каждый солдат, —
Научившись, умело стрелять,
Бей врага и ни шагу назад!»

Мы громили фашистов орду
Из засад вдоль дорог и шоссе,
Где наводкой прямой по врагу
Били в цель по немецкой броне.
И врагу, не давая уйти,
От ударов во встречном бою,
Мы огню предавали в пути
Вражью силу в походном строю.

И когда наступал враг на нас,
И бросал на траншеи броню,
Мы дрались, как велел нам приказ,
Не щадя своей жизни в бою.
И как прежде герои былин
На коне и с мечом шли на рать,
Мы на танк шли один на один,
Чтоб гранатами танк подорвать.

Мы держали наш фронт под МОСКВОЙ,
Где передняя линия шла,
Занимая окоп боевой,
Вместо тех, кого смерть унесла.
«Мы пришли, — говорили бойцы, —
Мы готовы ОТЧИЗНЕ служить!
Мы пришли — сыновья и отцы,
Мы готовы врага сокрушить!»

«Потому что за нами МОСКВА,
А за ней уж земли для нас нет, —
Повторяли солдаты слова,
Словно тайный отцовский завет.
— Пусть мы все, как один, здесь умрём,
Пусть нас примет родная земля,
Но с позиций своих не сойдём,
Клятву РОДИНЕ верно храня!»

И вошло это слово в войска,
Словно магия в жарком бою,
С передачей из уст и в уста:
«Бить врага! Бить на каждом шагу!»
Фронт охвачен был верой в себя,
Словно силой двойной награждён,
Когда враг под ударом огня
Отступать был в боях принуждён!

И мы ждали тот день и тот час,
Когда фронт в наступленье пойдёт.
Когда СТАВКА отдаст нам приказ,
И тот день, и тот час назовёт.
Мы готовились в яростный бой,
Сокрушить своей мощью врага,
Чтоб по нашей земле под Москвой
Не ступала фашистов нога.

«Нам нельзя теперь время терять,
Даже в лютый мороз и снега.
Фронт усилен, чтоб нам наступать, —
Так КОМФРОНТА сказал нам тогда, —
И шестое число декабря,
Должно быть, поворотным для нас.
Гнать врага, беспощадно громя —
Боевой отдан СТАВКОЙ приказ».

Фронт тогда приближался к Москве,
Сорок вёрст до Кремлёвской стены.
Дальше враг ни на шаг по земле,
Словно здесь был порог для войны.
Где фашистский удар ослабел,
И мы бить его стали в бою.
Наш удар его танкам велел
Отступать, подвергаясь огню.

Трудно было заставить орду
Отступать с рубежа той порой.
Враг цеплялся всей силой в бою,
Чтоб оставить рубеж за собой.
Но мы знали коварство врага
И просчёт его в битве зимой.
Нам минута была дорога —
Бить нещадно врага под Москвой.

Мы в атаку бросками не шли,
Как устав боевой говорит,
Мы в снегу по-пластунски ползли,
Чтобы враг нас не смог поразить.
Мы бесстрашно вгрызались в рубеж,
И в мороз, и в глубоком снегу.
И пробив, в заграждениях брешь,
Мы ползли, приближаясь к врагу.

И врываясь в траншеи врага,
Мы вели наступательный бой.
Враг не смог удержать нас тогда
Иль сдержать наш порыв боевой.
И мы брали врага рубежи,
Не страшась ни штыка, ни огня.
Тяжелы были наши шаги,
Но мы шли, не жалея себя.

И ударом по фронту тогда,
Мы громили фашистов в боях.
И бежала на Запад орда,
Побросав даже танки в снегах.
А мы шли по Родимой стране,
Возвращая свои города.
Наше знамя звало нас к борьбе —
Гнать и бить беспощадно врага.

Нашу мощь испытал тогда враг,
Отступив триста вёрст от Москвы.
Наша поступь рождалась в боях,
Гнать врага из Советской страны.
Чтоб Москва оставалась стоять,
Несказанные силы храня;
Чтоб в Москве продолжали сиять
Путеводные звёзды Кремля!

А слова о ПОБЕДЕ встают,
А слова о ПОБЕДЕ летят,
И забыть о тех днях не дают,
И как память о том говорят:
Как в боях мы стояли стеной
В ноябре, в сорок первом году,
Как мы били врага под Москвой
И как гнали на Запад орду!