14.02.2010

Любой всего добиться может,
Последствий страх лишь тормозит.
И необратимость тоже
Поступков наших нам грозит.

Но есть проблемы, что конечно
Нам не решить прямым путём.
Над ними биться безуспешно
Как мяч об стену с кирпичом.

Тогда, возможно, оглядеться
Придется пристальней чуть-чуть,
Сверлом алмазным притереться,
где щель в стене нашла свой путь.

Тогда, глядишь, стена и сдастся.
Я клик победный прокричу!
И что за ней, само отдастся.
Все будет так, как я хочу.

24.02.2010

Мой купейдон стреляет метко.
Но только очень очень редко.
Итак сложилось вот, что мне,
Хоть говорят, что мир и тесен,
Никто другой не интересен.
Живу как будто на луне.

Пытался я определить
Где грань, чем стоит разделить
Любовь, влечение и страсть.
Но безуспешно. Грань тонка
Как кромка лезвия клинка.
У всех у трех большая власть.

Любому тут не раскусить,
Ни у кого и не спросить,
Судьба его чем наградила.
Излишен вывод наперед.
Все через время сам поймет.
И лишь в терпеньи сила.

Бывают в жизни времена,
Когда тоска достигнет дна,
И чуть чего то не хватает
Не то что, все совсем ужасно
Но просто нет тех чувств прекрасных...
Тогда то разум и хворает.

И начинается игра
Где нет ни правил, ни добра.
А лишь по венам стынет кровь.
Кто оппонент решает память,
Его случайно б хоть не ранить.
Играет разум мой в любовь.

И говорили мне друзья:
Смухлюй и все. Но так нельзя.
Я жду конца второго кона.
Но карта в руку не идет
И снова проигрыш грядет.
Не перейти мне рубикона.

Закончил партию и сдался?
Да нет, еще не наигрался.
А может соперника сменить?
Подвластно это, но не мне.
Я козырей все жду к руке.
Хочу я искренне любить.

16.02.2010

Кое-как туда приперлись,
Ногою об забор потерлись,
Дверь открыли, растопили,
И траву в кальян забили.

Народ дымок густой вдыхает.
Нас чёто, сука, не вставляет.
«трава наверно беспонтовка»
Сказал Вано и пукнул ловко.

А Костик посмотрел в окно:
По небу там плывет говно.
Егор увидел, что у печки
Ебутся в попку человечки.

Саньку послышалось, что столик
Мяукает как дохлый кролик,
А на нем блюёт бумажка,
Внутри которой есть какашка.

Синий дедушка мороз,
У которого понос,
Прилетел в сковороде
С мармеладом в бороде.

У него кусок снегурки
был заныкат в красной куртке,
Поверх которой был одет
Голубой Бронежелет.

Он достал его, надул
И подмышкой заглотнул.
А потом раздался грохот.
Нет не грохот, снегуркин хохот.

Поссав с Крыльца на снег немножко
Заходит в хату Капитошка
И молча громко говорит:
У меня пизда болит.

А дед мороз ему в ответ
Надел на голову пакет,
Толкнул ногой его под печку
К ебущемуся человечку.

А Настя Косте говорит:
«Вон, смотри, сидит Бред Пит.»
И впрямь, сидит на потолке
Склубившись, в старом котелке.

Сидит он стоя и поносит,
И речи громко произносит.
Понос рекой из носа льется,
Того глядишь, и захлебнется.

Тут мы все на улице
Услышали как Курицы
Входили все одна в одну
И подлетели мы к окну.

А за окном то так то сяк
Летит уже говна Косяк.
А за забором по дороге
Ползет бухой бомжара Гоги.

Надев на головы картузы,
За ним бегут в очках Арбузы,
И громко пукая в догонку,
ползет пол литра самогонки.

Ёж-манда в снегу рыдает,
Он от всех охуевает.
А из пруда рыба-хуй
Шлет нам страстный поцелуй.

Тут Вано как возмутился,
И в штаны опорожнился,
А Егор решил что это
Взорвалась в штанах котлета

И захотелось ему жрать.
Пошел в чулан огурчик взять.
Открыл он банку — пахло едко.
Оттуда вылез «ЙА креведко!».

Обернулись все на звук,
Который был похож на пук.
И увидели что все
Улетели на горшке.

И Бред Пит и дед мороз,
Все съебались — во пиздос.
Не осталось и следа.
Только день прошел. беда!

Мы от смеха зарыдали —
Беспонтовку нам продали.
И Вано тут добавляет:
«Дааа, трава нас не вставляет!»

— . 12.08

Взглянув назад, я понимаю,
Что слаб я был и недалек.
Я постепенно увядаю,
Как достоевского игрок.

Меня схватил двумя руками
И держит Господин Азарт.
И отбиваться кулаками
Я не могу, а был бы рад.

Попал я в плен к врагу без лика;
Глаза огнем его горят.
Достиг я напряженья пика,
И мне плевать, что говорят.

Играть в надежде на богатство
И тешить мыслями себя,
Что: «я ведь дожен отыграться»,
Последний рубль теребя.

Смогу я разум свой призвать
И осознать свою беду,
Что с каждым разом я опять
Игру опасную веду.

В ней нету шансов победить,
Исход один лишь предрешен.
Есть способ выйти — кончить жить,
Но даже он не разрешен.

Плыву я в русле той игры,
Все четче виден водопад.
И алчных демонов костры
Освещают путь мне в ад.

Сучек спасения увидеть
И крепко-накрепко схватить —
Вот шанс мой зло обидеть
Тут сил моих должно хватить.

А коль не хватит — мне помогут
Теченье вспять преодолеть.
В друзей я верю — они смогут.
Мне нужно только захотеть.

Все! Себе я четко обещаю,
Что больше в жизни не зайду!
Хотя... один разок себя прощаю
Я быстро, суну и уйду.

Ведь у меня сегодня праздник!
Зарплату дали — есть за что.
Чего плохого сыграть разик?
Мне хватит точно рублей сто.

Как съел косарь, я не заметил,
Бандит с экраном. Не беда.
Меня давно он заприметил
А я возьму и отыграюсь... как всегда.

И как всегда опять случилось,
Чего боялся — проиграл.
Но как же так? не получилось!
А автомат ведь шанс давал!

Теперь уж точно все. И больше
Сюда ни разу не приду.
Прошел денек, а можт чуть дольше,
Вот мимо зала я иду...

У входа в ад остановился
Но вспомнил, что я завязал.
Тут как бы бес в меня вселился
И я зашел. И проиграл.

Бессонной ночью с чашкой чая
Обдумывал поступок свой
За все грехи себя прощаю
Прости и ты меня, друг мой

За то что я тебя не слушал,
За то, что слаб я, недалек.
Продал я люциферу душу
Как Достоевского Игрок...

01.03.2008

***
Сквозь снег на поле занесенном
Колосья ржи на нас глядят.
В их состоянье обреченном
Они сдаваться не хотят.

По осени под звон косы
Шептал им ветер, завывая:
«Не дотянуть вам до весны,
А уж тем более до мая.

И никогда вам не видать
Вашу любовь — коровку божью,
Её вам больше не обнять».
И взвились все колосья дрожью

От этих слов провидца ветра,
Что так небрежно их шатал...
Уж снега выпало пол метра.
Но до сих пор никто не пал.

Пургу, метели пережили,
Не завалил их снегопад.
Они с одной лишь целью жили —
Еще один прожить закат

Чтоб с новым днем надежда ближе
подкралась к ним еще на шаг;
Из облаков спустилась б ниже
Самозабвенная душа

Той милой божией коровки,
С которой в солнечные дни
Все лето тешились головки
Еще не прелой юной ржи.

«Как, никогда не будем вместе?» —
Шептали дружно стебельки,
И в каждом их нелепом жесте
Читались ноточки тоски.

«Нет, мы не верим, не смиримся!
Еще нам рано погибать!
К любви всей жизни мы стремимся!
Нам до последнего стоять!»

К Коровке божьей прикоснуться,
Как раньше с ней в лучах играть,
С нею в объятиях проснуться,
Колосья вздумали мечтать.

И не смутили их ни вьюги,
Ни по весне судьба сгореть,
Ни сто других полей в округе,
Ни тракторов стальная клеть.

Пройдет зима, снега растают,
Тепло окутает поля
И все живое заиграет.
И оживет сама земля.

Лишь утомленным ожиданьем
Колосьям ржи не до игры.
Они окутаны молчаньем.
Все в предвкушении поры

Когда же к ним оно вернется,
то существо из давних пор,
Ради которого живется
Назло ненастьям до сих пор.

1)

Ну вот и Май — пик бездорожья.
Смотри, летит вперед других
Та самая коровка божья.
Они дождались — она их!

В любви и словом «никогда»
Нельзя бросать неосторожно.
Надежда будет жить всегда,
Покуда слово есть «возможно».

2)

Ну вот и Май вступил на службу,
Коровка божия летит.
Но все колосы лежат дружно
А им пожить еще бы миг...

И тут любовь присела нежно
На то, что раньше было ржой;
Склонив головку безмятежно
Жалеет, что была скупой

На чувства к полю потеплее,
Что не ценила их тогда.
Была б по осени мудрее —
Осталась б с полем навсегда...

3)

Ну вот и Май настал неспешно,
Летит та самая мечта.
Но что-то в ней не то конечно,
Коровка божья, да не та...

Не та, что раньше рожь лилела,
Не та, что нравилась им всем.
За зиму сильно постарела
И изменилась насовсем.

А где же та, ради которой
Колосья пережили страх?
Давно не стало той, особой.
Осталась жить она в мечтах...

04.02.2010

К губам твоим прикосновенье
Сродни нежнейшему суфле,
И сердца слышно лишь биенье
В застывшем миге на земле.

Твоё, Маш, бархатное тело,
Как крылья ангела, нежно;
Глаза прекрасны до предела.
Так было, есть, так быть должно!

Твой чистый нежный юный дух
Как неогрАненный алмаз:
Он шепчет что-то молча вслух,
Но слышит лишь один из нас.

Вот в наши дни на черном рынке
Алмазы можно и купить,
Украсть их можно без заминки.
Их стоит бережно хранить.

А мне, Маш, нравится сплоченность
Между подругой и тобой.
Синхронных действий утонченность
Хранит незыблемый покой.

И ваш с подругою гамбит
Всегда играете вы четко.
Одна другую заслонит.
И это здорово. Зачетно.

14.01.2010

Я временами изменял,
Скрывать не стану, скажу смело:
Тебя на море променял.
Не раз такое было дело.

Но возвращался я к тебе
Да что бы ни случилось.
И благодарен я судьбе
Что так все с нами получилось.

Ты подарила мне года
Безмятежного покоя
Их буду помнить я всегда
И ассоциировать с тобою

Ты подарила месяца,
Сейчас они зовутся летом,
Когда с крыльца и до крыльца
По улице я бегал ветром

Ты подарила мне недели,
Которыми хотелось жить.
Они так быстро пролетели
Их снова мне не пережить.

Ты подарила дни веселья,
Когда с друзьями напролет
Страдали сладостным бездельем,
И не знали мы забот.

Ты подарила мне часы
Разнообразных наслаждений.
Будь то рыбалка, звук косы,
Футбол и по грибы хожденья.

Ты подарила мне минуты
Диалогов, но без слов.
И в которые как будто
Даже время замерло.

Ты подарила мне мгновенья,
Столь редки нынче без тебя,
Когда являлись озаренья
И проявлялась суть бытья.

***********************

Всё что я выше написал
Скажу я коротко иначе:
Четыре слова — идеал —
Тебя люблю я, дача.

12.16.07

17.09.09

И с каждой прожитой минутой
Все больше хочется опять
К тебе вернуться почему-то.
Мне пред тобой не устоять.

Твои бессмертные пейзажи
Мне в душу впали навсегда.
Воображенье будоража,
На них любуюсь я во снах.

Старинных улиц атмосферу
Мне вам, друзья, не передать.
Примите просто же на веру —
Фасадов краше не видать.

Я поражен твоим убранством,
Вестминстеровской красотой,
МейФейровским богатством
И ФорестХилской простотой.

Порой Вестминстера аббатство
Монументально бросит тень
На столп Британи государства —
Парламент. И так весь день.

По Темзы речке берегам
Шедевр каменных строений
Мост Тауэр корни распластал —
Наследство сотням поколений.

Вечерний город — словно фильм,
В котором чудом очутился.
В огнях неоновых витрин
Я сразу же в тебя влюбился.

Я обязательно вернусь,
К тебе, я, Лондон, обещаю!
К колонне Нельсона прижмусь...
По старым улочкам скучаю.

Вернусь вот только не один,
Ты уж прости, и встреть красиво;
Зажги вечерние огни...
А я вернусь, вернусь, с любимой.

19.02.2010

17.09.09