На берегу сидела молча...

На берегу сидела молча...
Себе я плакать запретила...

И всё же ночью, всё же ночью
Сил удержаться не хватило…

То были слезы очищенья,
После которых, как весною, —
Успокоенье и прощенье,
И пахнет свежестью лесною;
И, водным духом насыщаясь,
Травинки крепнут и крепчают;
И туча, рокотом прощаясь,
С собой уносит все печали…

И вот оно – освобожденье,
ПослегрозОвая озонность, —
Как будто новое рожденье,
Души особенная звонкость…