Укрыты забвенья шалью

Укрыты забвенья шалью
Беспутные, как никогда,
Лежат равнины с печалью –
Седые, пустые года.
И едет по ним извозчик,
И хлещит лошадку свою.
Заразной печали разносчик
В кибитке сижу и пою.
Без голоса и тривиально,
Попутному ветру в тон,
О жизни своей ненормальной
И песня похожа на стон.
Стонал… Ветер рвал и тужил,
А снег – всем снежищам снег
Метелил меня и вьюжил;
Я сам перешел на бег.
Бежал, а лошадка пала,
Пытаясь меня догнать.
И замерло все, и пропало:
Неужто пора умирать.
Но вечность сменили сопки:
Я дома – ура, ура!
Друзья мне протянут стопки,
А я развернусь – мне пора…
Укрытые снова шалью,
Убитые, как никогда,
Лежат равнины с печалью –
Седые, пустые года...