Я выпрыгнул в открытое окно
Я выпрыгнул в открытое окно
И полетел над серыми домами,
Спускалась ночь, и стало вдруг темно,
А я летел всё дальше – над холмами
И устремляясь в ночь, и прочь от дома.
И тёплый ветер тёк сквозь темноту,
И гладил кожу, и шептал о том,
Как птицы умирают на лету,
Как листья оживают под дождём.
И хлопья неподвижных облаков
Чернели одиноко в вышине,
А я летел, не помня ни о ком,
Вперёд и вверх — к серебряной луне.
И ночь прошла, и я уже устал,
Когда на горизонте заблестел
Холодным светом призрачный кристалл,
К которому сквозь звёзды я летел.
И сны мои окончились на миг,
И на меня взглянул сквозь облака
Среди других, могучий горный пик,
И в тень его укрытая река.
И я спустился вниз, и отогрел
Из льда холодный камень, и стеной
Взметнулось небо молча надо мной,
И тёплый ветер горько засвистел,
А я взлетел, и повернул домой.
* * *
Родители уходили,
Я ждал, чтоб закрыть, потом
Мы с другом сидели, пили,
Трепались о том, о сём,
Но что-то меня давило,
Мешало сквозь ерунду
И я, закурив, через силу
Решил – что тут ждать, пойду.
Но медленно, тихо и строго
Сквозь щели пробился свет.
За дверью вела дорога
И это мне был ответ.
Сквозь листья солнце светило
Мы спрыгнули с другом вниз
И я позабыл что было,
И так начиналась жизнь.
* * *
На ржавом борту заблестело солнце,
Когда мы скинули жёлтые ветки,
Она будто знала, что нас дождётся –
Скрипучая, старая вагонетка.
В промасленный холст завёрнуты ружья
И к ним тяжёлые патронташи,
Теперь мы знаем, что это нужно,
Мы снова знаем, что это наше.
Лихорадочно, лихорадочно,
Как боясь не успеть, по кругу,
Бестолково и беспорядочно
Мы метались, шальные, с другом.
Нас просто обмануло это солнце,
Когда я был таким же сумасшедшим,
То верил, что когда-нибудь вернётся
Ко мне всё то, что я считал прошедшим,
Прошедшим для меня, и лишь забытым,
И кем-то вновь рассказанным однажды,
Я вспоминал, что был чуть-чуть убитым,
И вспоминал, что даже был отважным,
Потом я понял… Что же, ну налей,
Налей ещё, и посмотри вокруг.
Куда ты смотришь – вот мой мавзолей –
Бутылка водки, курево, и друг.
* * *
И тут я захотел побыть один,
И всё вокруг внезапно взорвалось,
И комната растаяла как дым,
Когда моё желание сбылось.
Я сел на мягкий, золотой песок
И заглянул в сиреневую даль,
Какой-то неприятный голосок
Нашёптывал про грусть, и про печаль.
Я плюнул в накатившийся прибой
И он лизнул подошвы моих ног.
Я был опять наедине с собой
И ничего придумать я не мог.
И девушка, которую звали Женя
Ко мне подошла, и присела рядом,
И я сидел молча, и без движенья,
И мне ничего больше не было надо.
Я выключил солнце и выключил ветер,
Оставил только звёзды и море,
И ей рассказал обо всём на свете,
И вспомнил почти позабытое горе,
И даже про слабость… А звёзды светом
Её мягкий профиль мне рисовали,
А я говорил, и не думал об этом,
И сам себя понимал едва ли.
* * *
Мы жили с ней на острове вдвоём,
Купались в тёплом море, загорали,
Бананы переспелые жевали,
Или мечтали – каждый о своём.
Потом мне стало скучно. И тогда
Я выдумал нам племя по соседству.
И это была цель, и было средство,
Мы приходили каждый день туда,
Был тощий вождь, морщинистый и важный,
И были люди, и была еда,
И негритята бегали по пляжу,
А в жаркий знойный полдень, иногда
Я отправлялся в лес, а там звала
Всё дальше в глушь заросшая дорожка,
И негритянка, гибкая как кошка
Меня в зелёной тишине ждала.
© Copyright: Константин Конев (Konstantin Konev), 2010
(3 голосов, средний балл: 5.33 из 10)
Загрузка ...